«Белое ярмо»

khlopok10

Евгений Силютин

Выстроенная в Узбекистане система эксплуатации трудящихся снабжает экономику развивающихся стран хлопком, вынуждая сотни тысяч мужчин, женщин и даже детей из года в год отправляться на уборку ненавистного «белого золота».

Республика Узбекистан – четвертый по величине торговый партнер России среди стран СНГ. Товарооборот двух стран в первом полугодии 2016 года составил $1,27 млрд. (на 29% ниже, чем в первом полугодии предыдущего года). Импорт из Узбекистана в Россию в последние годы падает, хотя в первом полугодии нынешнего года он подрос на 18% и составил $340,1 млн. Из них почти $90 млн. приходится на хлопок.

khlopok2

Дети на уборке хлопка

Хлопок является основой экспорта Узбекистана, от его продажи страна получает приблизительно $1 млрд. в год. В самом Узбекистане хлопковую индустрию называют «богатством народа», скромно умалчивая, что это богатство держится на неоплачиваемом труде миллионов граждан.

Производство хлопка в Узбекистане от начала и до конца контролируется несколькими кланами, над которыми стоит президент республики. На правительство возложена функция управлять каждым этапом производства, переработки и продажи хлопка-сырца.

В начале года премьер-министр дает распоряжения областным и районным хокимам (главам областных и районных администраций − ред.), которые, в свою очередь, несут личную ответственность за выполнение норм производства хлопка.

Чтобы гарантировать выполнение плана, премьер-министр проводит регулярные заседания, в ходе которых фермерам в принудительном порядке приказывают сажать хлопок на указанных площадях, в противном случае им может грозить потеря земельных наделов.

Кроме того, государственная пропаганда на каждом углу заявляет, что уборка хлопка является патриотическим долгом каждого гражданина Узбекистана(!), а отказ убирать хлопок – проявлением оппозиции к правительству, государству и даже богу(!). Например, имам Хасанбой Асанов написал в одной из Узбекских газет:

«Уборка хлопка — это богоугодное дело, и каждый человек должен выполнить свой долг – собирать хлопок до последней коробочки хлопчатника» [1].

Пропаганда, объединяющая хлопок с национальной идентичностью узбеков, называет его уборку обязанностью, обвиняя всех несогласных с этим носителями антигосударственных идей [2].

khlopok1

Информационная таблица о хлопке

В первом квартале каждого года президент, премьер-министр, министры сельского хозяйства и водных ресурсов, экономики, финансов, внешних экономических связей, отношений, инвестиций и торговли, а также представители номинально подконтрольных государству хлопковых ассоциаций устанавливают годовую норму производства хлопка. После чего премьер-министр распределяет нормы по областным хокимам, которые, в свою очередь, облагают нормами по выработке фермеров посредством договоров аренды земли и контрактов на закупку. Фермеры, и владеющие землей, и вынужденные брать ее в аренду у правительства, должны продавать выращенный хлопок одной из контролируемых буржуазией компаний по государственной цене.

Один из фермеров из Сырдарьинской области признается:

«Районный хоким устанавливает план (по хлопку – ред.). Он встречается со всеми старшинами в районе, чтобы определить плодородность земли. После сбора всей информации он оглашает государственный план производства для фермеров. Хотя он знает, насколько урожай зависит от качества земли, он всегда устанавливает норму выше. Так что иногда некоторые фермеры не могут выполнить даже половины нормы. Фермеры, состоящие в хороших отношениях с хокимом и группой его советников, используют любые средства, чтобы получить более низкие нормы. Они даже платят взятки, чтобы снизить нормы выработки, а затем тайком сажают другие культуры».

В 2015 году правительство запустило план «Секач» (ойболта по-узбекски – ред.), в соответствии с которым фермеры-должники лишались своей земли за невыполнение плана уборки хлопка; контроль за выполнением плана возложен на местных чиновников.

Такая политика способствует образованию у фермеров задолженности, поскольку цена на хлопок, установленная правительством, фактически ниже себестоимости выращенного хлопка. Помимо этого, правительство принуждает фермеров покупать оборудование, удобрения, семена у строго определенных поставщиков, что еще больше усугубляет положение фермеров.

По сообщению с мест, во время селекторного совещания с местными органами власти и фермерами 12 октября 2015 года тогда еще премьер-министр Шавкат Мирзияев приказал местным чиновникам использовать судебных исполнителей и милицию, чтобы отбирать собственность фермеров-должников.

Уборка хлопка

Уборка хлопка

Областные хокимы несут личную ответственность за то, чтобы фермеры вырастили достаточное количество хлопка. Хокимы, в свою очередь, предписывают местным чиновникам реализовывать планы по найму работников. Ежедневные «хлопковые заседания» играют важную роль в контроле и исполнении программы сбора хлопкового урожая. Премьер-министр организовывает регулярные совещания по всей стране в течение всего хлопкового сезона. Областные и районные хокимы также созывают хлопковые заседания в ходе уборки, эти заседания проходят при участии местной милиции, прокуратуры, налоговых инспекторов и других чиновников. Фермеры, руководители образовательных, медицинских и других бюджетных учреждений, члены махаллинских комитетов обязаны присутствовать на этих заседаниях. Зачастую заседания проходят поздно вечером и длятся несколько часов.

Хотя официальной целью вышеуказанных заседаний является ежедневный контроль процесса уборки урожая, реальная цель заключается в психологическом запугивании ответственных за выполнение планов по хлопку. Чиновники призывают фермеров, директоров учреждений и предприятий всех форм собственности сообщать о том, сколько рабочих отправлено на поля и каков прогресс в достижении норм сбора хлопка. Тем, кто не выполняет нормы, угрожают, а иногда даже избивают. В прошлом году, как обычно, милиция неформально патрулировала хлопковые поля, осматривала фермерские хозяйства, следила за ходом сбора урожая.

Складирование хлопка

Складирование хлопка

В прошлом году правительство Мирзияева выгнало на поля более миллиона человек, в том числе несовершеннолетних, работников государственного сектора, представителей мелкой буржуазии. Оценка числа трудящихся Узбекистана, которые вынуждены работать на хлопковых полях, затруднена отсутствием у нас достоверных данных об экономике Узбекистане. Тем не менее, известны цифры, которые дают нам возможность приблизительно оценить количество задействованных в сборе хлопка граждан.

Официальная статистика Узбекистана сообщает о 3,35 миллиона тонн собранного урожая, поскольку период уборки продолжается два месяца. Известно, что нормы колеблются в зависимости от района и времени, средняя ежедневная норма составляет от 25 до 50 кг на рабочего. Это значит, что для уборки всего урожая требуется от 67 до 134 миллионов человеко-дней.

Лишь очень небольшое количество хлопка было собрано людьми, делавшими это действительно добровольно, и с применением машин; подавляющее большинство занятых в уборке выходили на поля под страхом наказания – либо же как поденные работники, которым состоятельные граждане платили из своего кармана, чтобы избежать этой работы самим.

Узбекские женщины на полях

Узбекские женщины на полях

Администрация школ, колледжей и университетов, чиновники из системы здравоохранения, председатели махаллинских комитетов и другие руководители бюджетных учреждений отвечают за вербовку сборщиков.

Студенты колледжей и университетов составляют одну из самых многочисленных групп, «выгоняемых» на поля. В Узбекистане работают не менее 1600 колледжей, университетов и образовательных учреждений, в которых учатся приблизительно 1,3 миллиона студентов в возрасте старше 18 лет. Правительство насильно принуждает студентов старше 18 лет — студентов-третьекурсников в колледжах и университетах — к массовому выходу на поля в течение смен по 25-40 дней, и эта мобилизация осуществляется под угрозой наказания.

Пустые классы во время сезона уборки хлопка

Пустые классы во время сезона уборки хлопка

Трудящиеся сферы образования и здравоохранения — еще одна группа, которую массово заставляют выходить на хлопковые поля. Несмотря на официальные заявления правительства о том, что оно не вовлекает педагогов и медицинский персонал, чиновники направляют их на уборку хлопка «скользящими сменами» по 15-25 дней, или же на единичные удлиненные смены продолжительностью до 40 дней. Тех, кто завершил свою смену или не был на уборке хлопка, принудительно привлекают к работе по выходным дням или после окончания официального 8-часового рабочего дня. По нашим данным, привлекается около 40% сотрудников образовательных и медицинских учреждений, в некоторых случаях даже больше.

Зарплаты сотрудников сфер здравоохранения и образования – одни из самых низких в Узбекистане, но занятость относительно стабильна, поэтому работники боятся потерять свою работу и вынуждены отправляться на поля.

Люди, которые не могут или не хотят собирать хлопок, готовы платить, чтобы избежать этой незавидной участи. В некоторых случаях сотрудники платят директорам предприятий, в других случаях находят работника себе на замену, который собирает хлопок от их лица. Трудящиеся платят за то, чтобы не убирать хлопок, поскольку им угрожают увольнением или другими наказаниями, если они будут отказываться подчиниться.

Система хлопкового рабства полностью коррумпирована, трудящиеся, которые платят своим работодателям или администрации, признаются, что они не получают никаких подтверждений оплаты (чеков) и у них нет никакого способа узнать, как в реальности используются их деньги.

В 2015 году затраты на наемных хлопкоробов выросли по сравнению с предыдущим годом и составляли примерно 10 000-25 000 сумов (примерно 1,67-4,17 доллара США) за полный день работы, в некоторых случаях люди сами платят за еду и транспортные расходы.

Многие колледжи и университеты закрываются или работают в нештатном режиме, проводя занятия нерегулярно или только для студентов первого и второго курса. Учебные заведения испытывают значительные сложности, так как от них одновременно требуется направить педагогов на уборку хлопка и обеспечивать видимость учебного процесса.

Многие заведения укорачивают учебный день, в некоторых случаях ученики собирают хлопок в течение дня, посещая занятия утром. Некоторые преподаватели пытались вести занятия в нескольких классах одновременно, чтобы отработать свою преподавательскую нагрузку, а также нагрузку за тех коллег, которые были в полях. За эту дополнительную работу они не получают никакой оплаты.

В большинстве случаев школы, колледжи и университеты пытаются компенсировать потерянное учебное время, ускорив прохождение материала после завершения сезона уборки хлопка, охватывая несколько тем за одно занятие, отказываясь от ноябрьских каникул или удлиняя продолжительность учебного дня, что, само собой, сказывается на качестве образования студентов и школьников.

Дети на уборке хлопка

Дети на уборке хлопка

Как и в предыдущие годы, власти приказывают больницам и клиникам посылать своих сотрудников, включая докторов и медсестер, на уборку хлопка. От 40-50% медицинского персонала больниц и клиник собирают хлопок в ходе сезона уборки урожая, и в некоторых случаях привлекают гораздо большее число персонала, некоторые сотрудники, особенно врачи, предпочитают откупится, а не выходить на поля. Несмотря на то, что некоторые больницы и клиники остаются открытыми, уборка урожая вынуждает оставшихся работников трудиться сверхурочно без дополнительной оплаты и, как результат, оказывать медицинские услуги на недостаточно качественном уровне.

Детский труд остается неизменной чертой уборки хлопка в Узбекистане. Хотя местные власти, а также администрация школ и колледжей в общем понимают, что они не должны посылать детей на поля, но в то же время центральные органы власти оказывают на них огромное давление и принуждают либо выполнить нормы уборки, либо столкнуться с наказанием, в некоторых случаях дети вынуждены помогать родителям собирать хлопок.

Люди, собирающие хлопок, несут значительные издержки, связанные с этой адской работой, их средства представляют собой прямую финансовую поддержку индустрии хлопка. Гражданам, которых заставляют собирать хлопок, приходится платить за еду, санитарные удобства, спецодежду, а также в некоторых случаях за транспорт, стирку белья и проживание. Многие заявляют, что, хотя им и обещали деньги за уборку хлопка, в связи с обязательным удержанием денег за еду и проживание, штрафами за невыполнение норм уборки хлопка или за сдачу влажного или грязного хлопка, а также за другие «провинности», они не получили обещанных выплат. Многие получили совсем незначительные суммы, а некоторым людям пришлось даже влезать в долги. Год назад рабочим, как правило, обещали 239 сумов за килограмм (около 3 центов США).

Рабочие сообщают, что условия работы на полях очень плохие, есть проблемы в обеспечении питьевой воды, проблемы гигиены и перенаселенности в палатках. Многие говорят, что еды недостаточно, она плохого качества, однообразна, мало овощей и фруктов. Многие вынуждены привозить еду из дому или покупать продукты. Рабочие жалуются на вычеты из зарплаты якобы на еду.

Один из сборщиков хлопка заявляет:

«Утром мы ели на завтрак то, что могли найти. Они давали нам только чай. Обед был на полях. Фермер готовит еду. Он дает нам хлеб — каждому по два куска. И это все. Вечером мы снова ели то, что могли найти, или то, что люди приносили с собой из дому. В этом году условия были очень плохими. Мы думали, что 5 000-10 000 сумов (около 83 центов – 1,67 долларов США), удерживаемых каждые 5-10 дней, шли на еду. Мы спросили фермера, но он сказал – нет, он покупает для нас еду за свой счет».

Местные территориальные комитеты под названием «махаллинские комитеты» тесно сотрудничают с милицией, отслеживают участие жителей в сборе урожая. Махаллинские комитеты контролируют выплату пособий, например, пособия по инвалидности и детские пособия, а также коммунальные услуги, и могут в наказание лишать выплаты. Граждане, которые жалуются на правительство или которых считают критически настроенными по отношению к нему, часто сталкиваются с репрессиями.

Так, в магазине в Гулистане (Сырдарьинская область) отказались продать муку больной пожилой женщине, потому что местный махаллинский комитет сообщил, что она не собирала хлопок [3].

Женщина на хлопковом поле

Женщина на хлопковом поле

Физическое насилие — весомый аргумент хлопковой индустрии.

В 2015 году мы получали сообщения о том, что насилие и угрозы применения насилия использовались для установления дисциплины среди хлопкоробов и для наказания тех, кто не выполнил норму уборки хлопка. Мы также получали сообщения о местных чиновниках, которые использовали жестокое обращение, в том числе избивали и пинали фермеров, иногда на общих собраниях, чтобы наказать и унизить их за невыполнение норм производства хлопка, напугать их и вселить страх в остальных [4].

Среди угроз используются такие: потеря работы, плохие оценки, препятствия при поступлении в университет, исключение из учебного заведения, потеря детских пособий и других социальных выплат, отключение коммунальных услуг, например, электричества и газа, и другие. Потеря работы — главная угроза, которую применяли в отношении граждан, для подстраховки работников заставляют подписывать заявления, в которых указано, что они участвуют в уборке хлопка «добровольно», а в случае неучастия они согласны на то, чтобы быть уволенными.

Хлопкоробов направляют на поля, удаленные от их домов, где они должны жить в школах, детских садах, неиспользуемых гаражах и сельскохозяйственных постройках. Обычно там весьма стесненно, нет отопления, рабочие вынуждены спать на полу или на тонких матрасах, привезенных из дому. Многие жалуются на недостаточное количество питьевой воды или на ее качество, а также на плохие санитарно-гигиенические условия. Обычно на группу в 80-100 работников есть 1-2 туалета или уборных во дворе и кран с водой. Большинство трудящихся заявляют, что еда плохая и ее мало, многие покупают еду дополнительно. Почти все рабочие работают сверхурочно. Многие встают в 5 или 6 утра, чтобы умыться, позавтракать и выйти в поля к 7 или 8 утра. Работают на полях до 6 или 7 часов вечера, собирают хлопок, который потом взвешивают и регистрируют. Большинство делают перерыв на обед продолжительностью от 40 минут до одного часа. У большинства нет выходных в течении смены, которая длится от 10 до 40 дней. Трудящиеся, оставшиеся на своих рабочих местах – в школах, колледжах, университетах, медицинских учреждениях, на государственной службе – должны работать за своих коллег, которые собирают хлопок, не получая за это никакой доплаты.

Напоследок лишь добавим, что, по уточненным данным министерства внешних экономических связей, инвестиций и торговли Узбекистана, на республику Бангладеш в 2015 году пришлось 30% экспорта хлопка. Сегодня эта республика находится на втором месте после Китая по производству текстильной продукции. Разница между объемами текстильного производства Бангладеш и Китая не превышает 20%. Одежда составляет 80% экспорта Бангладеш, а рост хлопкового рынка в стране составляет 10-15% в год. Собранный с помощью принудительной системы труда, дешевый Узбекский хлопок попадает на текстильные предприятия Бангладеш, где трудящиеся, как и в Узбекистане,  за сущие гроши вынуждены производить так необходимые нам джинсы Levi’s, Lee, …

Ранее опубликовано в журнале Спільне.

Примечания:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

7 + 7 =