Привет, друг

mr_robot

Джен Хедлер Филлис

Перевод Валентины Колесник.

«Мистер Робот» задает правильные вопросы о том, как на самом деле мы собираемся изменить мир.

Осторожно, спойлеры!

«Привет, друг». Это первая фраза главного героя сериала «Мистер Робот», Эллиота Алдерсона (Elliot Alderson), инженера по вопросам информационной безопасности и хакера по совместительству, которой он приветствует зрителя перед тем, как начать свою речь:

«Я открою тебе большой секрет о заговоре, который и представить трудно. Существует могущественная группа людей, тайно правящих миром. Я говорю о людях, о которых никто не знает. Людях, которые невидимы. Верхушка верхушки, играющих в богов без разрешения. И я считаю, что они следят за мной».

Эти первые тридцать секунд определяют два важных момента в сюжете «Мистера Робота»: то, что один процент разрушает мир, и то, что наш главный герой не всегда может отличить реальность от фантазии.

«Мистер Робот» Сэма Эсмейла (Sam Esmail) удивил зрителей. Во-первых, этот сериал выделяется на фоне типичных для USA Network телепрограмм, в которых мы видим хорошо одетых красавчиков, охраняющих закон или обходящих его. Во-вторых, он заставляет зрителей болеть за главного героя, наркомана и антикапиталиста, который, стремясь уничтожить одну из самых больших корпораций в мире и сломить «систему», возможно, переживает то, что с ним происходит лишь в воображении.

«Мистер Робот» завоевал свое место в прайм-тайм, и левые обязаны обратить внимание на то, что он хочет сказать.

mrrobot1

Если бы Тайлер Дёрден (Tyler Durden) был хакером

В целом, «Мистер Робот» — это политическая аллегория. В первом сезоне мы видим два способа достижения социальных перемен. В нем Эллиот (Рами Малек (Rami Malek), недавно получивший Эмми за эту роль) и его подруга детства Анджела (Портия Даблдей, Portia Doubleday) действуют независимо друг от друга, чтобы отомстить международной компании под названием «Корпорация Зла» (E Corp) — корпорации, «слишком большой, чтобы упасть».

Причина их ненависти к компании — утечка химикатов, которая убила отца Эллиота и мать Анджелы. Естественно, функционеры корпорации не понесли наказания и не выплатили компенсацию, из-за чего выжившие жертвы случившегося утопают в долгах за лечение, которое предоставляет та же «Корпорация Зла».

В первой серии Мистер Робот (Кристиан Слэйтер, Christian Slater) приглашает Эллиота в группировку хакеров под названием «Нахрен-общество» (fsociety), которая готовится взломать систему файлов «Корпорации Зла» и удалить всю документацию о долгах населения. С Мистером Роботом что-то не так: никто не обращается к нему напрямую, кроме Эллиота, и, когда Мистер Робот говорит, остальные персонажи часто отвечают Эллиоту. Хотя зрители сразу это поняли, Эллиоту понадобился почти весь сезон, чтобы понять, что Мистер Робот — его личный Тайлер Дёрден.

Из-за того, что зрители сомневаются в реальности Мистера Робота, а также из-за  нежелания Эллиота смириться с фактом, что Мистера Робота не существует, план «Нахрен-общества» об избавлении мира от долгов кажется таким же нереальным — мы не можем доверять происходящему на экране.

Наркозависимость Эллиота усиливает ощущение недостоверности происходящего в сериале. В последний момент он отказывается участвовать в плане по взлому серверной фермы «Корпорации Зла» для установки raspberry pi, который привел бы в негодность термостат, уничтожив все данные. Наблюдая сновидения героя, вызванные ломкой, мы сомневаемся, состоялась ли операция в действительности или это всего лишь очередная фантазия Эллиота.

Тем временем Анжела пытается убедить адвоката заново открыть дело о гибели людей против “Корпорации Зла”. Ей удается получить показания от одного из членов правления, замешанного в утечке химикатов, и, благодаря ее выдающимся способностям к переговорам и бесстрашию, — место в компании. Веря в то, что она сможет использовать свое положение в «Корпорации Зла» чтобы отомстить за жертв утечки химикатов, Анжела начинает работать в пиар-отделе. В это же время «Нахрен-общество» добивается своей цели и повергает корпорацию в состояние паники.

В начале второго сезона главные герои оказываются в оборонительной позиции: вместо того, чтобы продолжить атаку на «Корпорацию Зла» с новыми силами, «Нахрен-обществу» пришлось взломать ФБР, чтобы быть на шаг впереди в расследовании хакерской атаки. Анжела сумела заполучить позицию в отделе управления рисками в “Корпорации Зла”, но, зная, что она замешана в деле против компании, ее начальник не хочет доверять ей дискредитирующую компанию информацию. Впрочем, ей удалось украсть нужные данные, свидетельствующие о том, что  государственные чиновники на самом деле пешки «Корпорации Зла».

В истории приключений Эллиота и Анжелы имеется много отсылок к текущей ситуации. «Нахрен-общество» – это Анонимус (Anonymous) и Оккупай (Occupy), логотип “Корпорации Зла” идентичен логотипу Энрон (Enron), а компьютеры, которые она производит, продаваемые ею страховки и управляемые ею банки, позволяют соотнести её с Эппл (Apple), Леман Бразерз (Lehman Brothers) и Уэллс Фарго (Wells Fargo).

Во втором сезоне съёмочная группа нарезает, вставляет и переозвучивает выпуски новостей, чтобы показать, в каком состоянии находится мир после состоявшегося взлома «Корпорации Зла». В одной из серий можно увидеть, как Барак Обама говорит: «ФБР объявило сегодня, и мы можем подтвердить, что Тайрелл Уэллик (Tyrell Wellick) и «Нахрен-общество» стоят за этой атакой». (И нет, на самом деле, президент не записывал этот ролик сам). Фотографии протестов и гражданских беспорядков появляются в репортажах о разворачивающемся кризисе. Эдвард Сноуден (Edward Snowden) дает свой комментарий о расследовании ФБР.

Интеграция реальных политических деятелей в сюжет «Мистера Робота» заостряет ощущение галлюцинации. Мир «Мистера Робота» – наш мир, смещенный на несколько градусов.

Это позволяет Эсмейлу экранизировать две линии атаки американских левых в последнее время – протесты и изменения изнутри – и то, как их усилия были сведены на нет благодаря объединенной силе капитала и государства.

Но если мы будем рассматривать «Мистера Робота» как сериал, полностью воссоздающий современную жизнь, мы упустим самое главное. Мрачная картина современной революции, которую рисует нам Эсмейл, не создана для того, чтобы повергнуть нас в отчаяние, наоборот, она создана для того, чтобы заставить нас пересмотреть наши лучшие (и худшие) утопичные импульсы, а также наши отношения с политикой и капиталом.

«Нахрен-общество» и Анджела вынуждены бороться с государственной властью больше, чем с их главным врагом — финансовым капиталом, — это отражение того, что случилось как с движением Оккупай, так и с кампанией Берни Сандерса (Bernie Sanders). В конце концов, Оккупай разогнали не Голдман Сакс Груп (The Goldman Sachs Group), а полицейские, под предлогом защиты общественной безопасности. Попытки заново занять парк и укрепить палаточный лагерь были предотвращены полицией, а не капиталом.

Национальная конвенция демократической партии (DNC) тоже ничем не удивила на этот раз. Слушая предвыборные речи Хиллари Клинтон (Hillary Clinton) или обращая внимание на ее безликого кандидата в вице-президенты, вы никогда не узнаете о том, что в этом году партию потряс социал-демократический бунт. И, хотя для кандидатов ниже по списку остается надежда, неудача, постигшая запуск «Нашей революции» (Our Revolution, организация Берни Сандерса) свидетельствует о том, насколько сложно изменить что-либо внутри капиталистической партии.

Но если мы будем рассматривать «Мистера Робота» как сериал, полностью воссоздающий современную жизнь, мы упустим самое главное. Мрачная картина современной революции, которую рисует нам Эсмейл, не создана для того, чтобы повергнуть нас в отчаяние, наоборот, она создана для того, чтобы заставить нас пересмотреть наши лучшие (и худшие) утопичные импульсы, а также наши отношения с политикой и капиталом.

mrrobot2

Медиация это послание [1]

«Мистер Робот» берет свои истоки в массовой культуре. Несмотря на то, что первыми на ум в качестве основных предшественников приходят “Бойцовский клуб” (Fight Club) и “Американский психопат” (American Psycho), в сюжете можно также найти мотивы из “Лолиты” (Lolita), “Назад в будущее 2” (Back to the Future II), “В значит Вендетта” (V for Vendetta), “Таксиста” (Taxi Driver), “Воспитывая Аризону” (Raising Arizona), “Во все тяжкие” (Breaking Bad), “Грани” (Fringe), “Альфа” (Alf) и многих других.

Культурные критики назвали этот феномен пастиш (pastiche) – форма имитации, которую Фредрик Джеймисон опустил до уровня «пустой пародии». Джеймисон утверждает, что пастиш отрывает культурные отсылки от их момента в истории, лишая их исторического и политического контекста. Переработанная поверхность пастиша не позволяет аудитории политически взаимодействовать с произведением искусства.

Здравомыслящие люди могут не согласиться (и не соглашаются) с подобной оценкой Джеймисона. «Мистер Робот» предлагает убедительный контрпример: используя пастиш, он не скрывает связь между зрителями и политикой, наоборот, он напоминает им, что именно так они каждый день сталкиваются с капитализмом.

Последние моменты первого сезона подчеркивают эту мысль. Мы узнаем о том, что Белая роза (Whiterose), глава китайской хакерской группировки «Темная армия» (Dark Army), работает с гендиректором «Корпорации Зла» Филлипом Прайсом (Phillip Price). Обсуждая успех «Нахрен-общества», Прайс признается, что «Корпорация Зла» «конечно же» знает, кто провернул взлом, и что они «разберутся с ними так, как и всегда».

Эта сцена определяет две вещи: она открывает тот факт, что Белая роза работает на высшем уровне как в антикапиталистическом хакерском движении, так и в мире бизнеса. Она также показывает пределы власти «Корпорации Зла»: они знают, кто стоит за взломом, намекая на то, что они даже подозревали о том, что он был неизбежен. Это кажущееся всезнание подчеркивает то, что «люди, которые невидимы», о которых Эллиот упоминал в начале сезона, остались невидимыми – есть еще один слой власти и тайных заговоров за тем, который уничтожило «Нахрен-общество».

Эта сцена ловко подводит ко второму сезону – новые злодеи, новый сюжет, более глобальный и широкий взгляд на вещи. Она также играет на нашей одержимости теориями заговора. Раздосадованные представители разных политических взглядов разрабатывают невероятные объяснения мировых проблем. Будь это Новый мировой порядок Алекса Джонса (Alex Jones’ New World Order), иллюминаты (Illuminati) или конспирология сторонников движения за правду об 11 сентября, все – левые, правые и центристы – чувствуют себя лучше, найдя безликого врага, которого можно обвинить во всех грехах.

Но нам не нужны теории заговора. В жизни, как и в «Мистере Роботе», что-то действительно стоит между нами и настоящими игроками, защищая таких, как Прайс и Белая Роза, от низших слоев общества.

В финансиализированной экономике нам чаще приходится сталкиваться с виртуальными богатством и собственностью — деньгами, акциями, облигациями, ипотечными кредитами, — чем с материальными. Это не значит, что когда-то было время, когда капитализм был непосредственным — деньги как всеобщий эквивалент, по словам Маркса, всегда были с нами.

В финансиализированной экономике нам чаще приходится сталкиваться с виртуальными богатством и собственностью — деньгами, акциями, облигациями, ипотечными кредитами, — чем с материальными. Это не значит, что когда-то было время, когда капитализм был непосредственным — деньги как всеобщий эквивалент, по словам Маркса, всегда были с нами.

Но за последние годы популярность подобных инструментов возросла. К примеру, кризис 2008 года был вызван тем, что финансовые продукты потеряли связь с самой вещью: дом превращался в закладную, нарезался и упаковывался с остальными кусочками других домов, и продавался. Эти ресурсы потом нарезались еще мельче, в то время как другие инвесторы присоединялись к этому прибыльному делу покупки и продажи страховки.

Уровни посредничества растут все быстрее и быстрее, доходя до того, что мы имеем дело не с самой вещью, а, как в случае пастиша, с переработанным материалом, отсоединенным от объекта, который он должен был изначально представлять.

Этот концепт практически невозможно изобразить, гораздо легче показать Прайса и Белую розу, дергающих за веревочки. Второй сезон «Мистера Робота» все чаще использует темные махинации таких влиятельных игроков, чтобы продвинуть сюжет дальше, выставляя их, а не структуру экономики, как главного врага Эллиота. Это, в конце концов, ослабляет политическое воздействие, которого мог бы достичь сериал. По крайней мере, на уровне сюжета.

Но, до тех пор, пока «Мистер Робот» будет акцентировать внимание на том, что что-то всегда стоит между нами и властью, политика сериала всегда будет вызывать к себе внимание и желание в ней участвовать.

mrrobot3

Молчаливые наблюдатели

С того момента, как Эллиот обратился к аудитории как к «другу», зрители оказались вовлечены в действия, происходящие на экране. Второй сезон вовлекает аудиторию еще глубже: пока Эллиот вынужден слушать болтовню третьестепенного персонажа, его голос призывает зрителей не обращать внимания на речи и осмотреть его квартиру на наличие улик планов Мистера Робота. Камера послушно двигается к потолку и медленно обследует помещение.

Эллиот просит нас вмешаться, помочь ему понять, что задумало его альтер эго. Нам стоит сделать так, как он просит, и применить ответы к нашему миру.

Эллиот просит нас вмешаться, помочь ему понять, что задумало его альтер эго. Нам стоит сделать так, как он просит, и применить ответы к нашему миру.

Правда, найти эти ответы не так легко. Урок о политике, который сериал пытается преподнести, не всегда ясен, и создатели также не хотят рассказывать о человеческих жертвах хакерской атаки. Из выпусков новостей мы слышим, что взлом нанес непоправимый ущерб экономике, но Сэм Эсмейл не дает зрителям никакой дополнительной информации. Эллиот задается вопросом, принесла ли революция что-либо хорошее, и в это же время мы видим бесконечные очереди к банкоматам и огромный блошиный рынок, появившийся в качестве альтернативной экономики.

Несмотря на это, главных героев данная ситуация никак не задела, так как они все работают в элитных компаниях из креативного сектора и сферы обслуживания, к примеру, в сфере информационной безопасности, продаж или пиара. Худшее, что может с ними случиться, — это запруженная толпами протестующих дорога к изысканному ужину.

Подобный экономический статус главных героев, с одной стороны, дает им доступ к самым важным элементам современного капитализма. Эллиот может загружать вирусы прямиком в корпоративные серверы, в то время как Анджела может получить доступ к файлам «Корпорации Зла», чтобы иметь доказательства совершенных ими неправомерных действий.

С другой стороны, их неудачи в попытках изменить мир в лучшую сторону поднимают вопрос об ограниченности возможностей креативного класса в экономике и политике. Может ли повстанческая группа изменить мир?

Эсмейл поднимает этот вопрос, когда Анджела встречает старого друга ее отца, Стива. Стив критикует ее за то, что она работает на “Корпорацию Зла” и намекает на то, что она получила повышение «через постель». На это она со злостью отвечает, используя его принадлежность к рабочему классу как оскорбление: «Ты же сантехник, не так ли, Стив? Ты уже сколько, 60 лет прожил? Это лучшее, чего ты добился?». Оба персонажа чувствуют себя неловко после этого разговора: он выставил себя как злого женоненавистника, а она себя — как самодовольную классистку. Аудитория в этой ситуации не должна принимать ничью сторону.

Пока что «Мистер Робот» не определился с тем, плоха или хороша революция «Нахрен-общества». Но это и неплохо, так как постоянно представляя нам изображение капитализма и противостояния ему в массовой культуре, этот сериал заставляет нас думать о том, какие формы может принять радикальный вызов капитализму.

Пока что «Мистер Робот» не определился с тем, плоха или хороша революция «Нахрен-общества». Но это и неплохо, так как постоянно представляя нам изображение капитализма и противостояния ему в массовой культуре, этот сериал заставляет нас думать о том, какие формы может принять радикальный вызов капитализму.

Должны ли мы организовать только тех, кто имеет «прямое» отношение к производству? Стоит ли нам следовать за Кимом Муди и сконцентрировать внимание на логистике? Есть ли надежда для повстанческой кампании внутри капиталистической политической партии? Могут ли такие горизонтальные организации как Оккупай достигнуть большего, чем стать мелким неудобством для банкиров? Может, нам пора всем надеть маски и научиться программировать?

«Мистер Робот» не дает ответы на эти вопросы. Но, учитывая, что раньше на этом телеканале самые высокие рейтинги имел юридическо-драматический сериал Форс-мажоры (Suits), мы должны приветствовать каждый культурный продукт, который поднимает такие вопросы, как экономическое неравенство, корпоративные должностные преступления и теплые отношения между бизнесом и политикой. Даже если Эсмейла не интересует политическая борьба его героев, она интересует зрителей.

Оригинал на английском опубликован в журнале Якобинец.

Примечание:

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

4 + 3 =