Три реплики о протестах в России

Кирилл Васильев, член ЦК Объединенной компартии

Приговор 2 февраля был прогнозируем с вероятностью почти в 100%. Понимание этого было как у Алексея Навального, который принял осознанное решение стать в предстоящие годы главным символом гражданского сопротивления и жертвой Кремля, так и у самих властей, которым Навальный (или стоящие за ним более тяжеловесные фигуры) не оставил иного выбора, кроме как «действовать в соответствии с законом».

Ограничится ли Кремль достаточно мягким в текущих реалиях приговором по делу «Ив Роше» или будет раскручивать репрессивную спираль до упора, вспомнив Навальному все его прошлые и нынешние прегрешения, пока не ясно. Вероятно, это будет зависеть не в последнюю очередь от поведения сторонников самого Алексея Анатольевича. 

Нельзя не отдать им должного: уже сегодня подконтрольные ФБК ресурсы стали заявлять о смене тактики — необходимости сбережения сил, поиске новых способов борьбы и о переключении на электоральные стратегии в связи с предстоящим выборам в Госдуму.

Оцениваю такое поведение как разумное: политическая сила, не считающая себя достаточно подготовленной к внепарламентскому сценарию атаки на государство, не имеет права жертвовать своим активом и сторонниками. Бесперспективность же однотипных выходов «по выходным» была продемонстрирована еще протестами 2012 года.

Было бы, однако, неправильным считать, что «на этом все кончится». Напротив, политизация и поляризация общества будут нарастать. Строго говоря, эти процессы явственно обозначились еще в начале текущего срока Путина. История с отравлением Навального лишь катализировала их. 

Можно обнулить нормы законов, но обнулить общественные настроения уже не получится. И это вновь позволяет говорить о начале эпохи открывающихся возможностей для всех живых политических сил, включая левых.

Текущие протесты подтвердили, что единственной силой, которая сейчас представляет для нас серьезную опасность, остается российская власть и ее полицейский аппарат. Подчеркну это слово — сейчас. В будущем мы, конечно, можем столкнуться с организованным насилием со стороны оппонентов из национал-либерального и националистического лагерей. Однако в данный момент всякие аналогии с «украинским сценарием» представляются надуманными, дезориентирующими, а потому — вредными.

Практически все «красные» агитаторы, побывавшие на недавних акциях, едины во мнении — значительный пласт манифестантов со скепсисом относится к Навальному и довольно восприимчив к различной, в том числе социалистической пропаганде.

Остаться в стороне от происходящего у левых не получится.

Лиза Смирнова

Леонид Волков, руководитель региональной сети штабов Навального, вечером 4 февраля объявил о передышке. Уличные протесты решено отложить до лета. Навального вытащить при помощи иностранного влияния. Ну, а борьбу с режимом продолжить осенью на избирательных участках.

Но в январские выходные мы увидели новое лицо российского уличного протеста. Теперь это не московский средний класс, симпатизирующий прозападной либеральной оппозиции, как было в предыдущую волну мобилизации 2011-2013 годов. Протест ушёл из Москвы в Россию. В регионах на улицы вышли не сторонники Навального, а те, кто прежде всего недовольны семилетним падением доходов, ростом неравенства, ростом цен на продукты, тяжелыми условиями ипотечного кредитования и так далее. Те, кто еще вчера были готовы голосовать за Путина, сегодня переходят на сторону недовольных. Однако пока протестам не удалось мобилизовать большинство.

Сейчас Штаб Навального фактически узурпировал повестку, сконцентрировав её вокруг одной фигуры. Это не только не дает движению расти, но и отталкивает тех, кто уже активен. Создание широкой коалиции из представителей различных политических сил изменило бы ситуацию, расширило и радикализировало бы повестку протестного движения. Левые смогли бы добавить к общим требованиям демократических свобод требования социальной справедливости, что отвечало бы интересам большинства и привлекло к оппозиционному движению сомневающихся. Но январские протесты — не широкое демократическое движение. Сама возможность такой коалиции пока иллюзорна. Штаб Навального не собирается делать ставку на неподконтрольные народные массы. Оппозиция по привычному сценарию ориентируется на механизм западных санкций и поддержку крупного отечественного бизнеса, который от них зависит. Это вызовет недостающий на данный момент раскол в элитах и позволит давить на систему изнутри.

Но в Россию возвращается традиция массовых уличных протестов. Люди, которые не могут получить политическое представительство, голосуя на избирательных участках, пробуют голосовать ногами. Как это часто случается, левые впадают в ажитацию при виде широких народных масс, начинают оправдывать навязанную сверху повестку протестов. Но, как мы видим, когда у протеста один центр управления, его можно свернуть легким движением руки. И сотни людей в лучшем случае отправятся сидеть домой, а не в тюрьму. Но никаких перемен так и не случится. Будут ли перемены в случае победы Навального? Пока оппозиция предлагает стране всё ту же либеральную модель, только с иными лицами в правительстве и президентском кресле, и сохранность прозападных элит.

Левые должны стать альтернативным ядром новых протестных кампаний. Но для этого необходимо предложить новый образ будущего, который порвет с нынешней системой и будет отвечать запросу большинства недовольных. Возможно, тогда на улицы выйдут не сотни тысяч, а миллионы, способные изменить ситуацию в стране в своих интересах.

Марья, Марксистская тенденция

Подводя итоги уже прошедших двух больших акций, можно сказать, что среди людей левых взглядов сложилось как минимум три позиции: надо участвовать, чтобы заявить о себе как об альтернативной политической силе, надо участвовать, но только с целью агитации, например, раздавать листовки и говорить с отдельными людьми, и третья — это вообще «не наша война». Последняя позиция — самая бесперспективная, а люди, которые ее транслируют, совершенно оторваны от реальности. В ожидании «правильной» революции, «правильных» масс и «правильных» лозунгов можно провести всю жизнь, но к политике такое ожидание не имеет никакого отношения. В реальной жизни люди, до этого не ставившие вопросов об устройстве общества, политизируются прямо на наших глазах. Игнорировать этот процесс и оставаться в стороне — значит самоустраниться из актуальной политики. Мне лично, как человеку, который пришел в левое движение на волне протестов 2011-2012, происходящее сейчас очень близко и понятно. Да, эти люди, которые звонят по телефонам в листовках, существуют. Когда в 2012 году стало ясно, что протест выдыхается, а лозунги, повторяемые с трибун из раза в раз, набили оскомину, я стала искать людей, которые имеют более общее системное видение проблем и адекватную программу, а не только набор лозунгов «против». Такими людьми оказались марксисты.

Сейчас протест подавляется намного более жестко, поэтому и радикализация его может пойти намного быстрее. Мы, коммунисты, не должны отрицать или игнорировать борьбу за демократические требования — освобождение политзаключенных, ограничение полицейского насилия, расширение низового самоуправления, но мы должны логически продолжать их, например, вскрывать природу полицейского аппарата как инструмента правящего класса, показывать на примерах из других, более «демократичных» стран, что эта проблема системна для капитализма. Поэтому безусловно участвовать в протестах со своей агитацией и символикой нужно. С красными флагами должна ассоциироваться борьба за свободу и за будущее, а не наоборот.

В то же время считаю важным отметить, что все реально действующие организации и активисты должны соизмерять свои силы, оценивать риски, беречь кадры и готовиться к массовым предвыборным протестам. В этом смысле решение штаба Навального приостановить еженедельные акции до весны тактически целесообразно. Сейчас наступает время низовой агитации, подготовки лозунгов и, возможно, переходной программы, которая при некоторых обстоятельства сможет объединить огромное количество людей, выступающих за социальную справедливость.

 

 

 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

7 + 6 =