Зимняя бойня на острове Чеджудо

PYH2018103109910001300

Брендан Райт

Брендан Райт — научный сотрудник Корейского фонда в Университете Торонто

Этой осенью (2018 года) исполнилась 70-я годовщина жестокого, но при этом малоизвестного массового убийства времен начала Холодной войны. Между ноябрем 1948 и апрелем 1949 вооруженные подразделения правительства Южной Кореи по борьбе с повстанцами осуществили то, что наблюдатели из США называли в то время «программой массовой резни» против населения острова Чеджудо. Кровопролитие было масштабным, длительным и предумышленным. От 10 до 20 процентов трехсот тысячного населения острова было уничтожено в результате атак. И еще тысячи людей были вынуждены спасаться бегством в Японию.

Десятилетиями эта история замалчивалась военным правительством страны и искажалась антикоммунистической идеологией. В насилии на Чеджудо, заклейменном в то время центральным правительством как «мятеж», обвинили левых агитаторов и их предполагаемых советских покровителей. Тем не менее, в последние три десятилетия население Чеджудо заявило права на общее владение и репрезентацию своего травматического прошлого – столь трудное и очень редкое в человеческой истории достижение.  Обугленный когда-то островной пейзаж является теперь реквиемом по душам пострадавших и их по-прежнему малоизвестным историям, в то время как скрытая правда, которую жители острова поддерживали в своих сообществах, помогает формировать базовую идентичность населения острова. Автобусы возят посетителей в «мрачные туры» по острову — так загробная жизнь этой ужасной истории теперь неспокойно соседствует с оживленной туристической индустрией. И даже если значительный свет был пролит на природу зверств, историческое значение так называемого «Инцидента 4.3» остается спорным и мало известным.

Контрреволюция и причины Инцидента 4.3

Название «Инцидента 4.3» происходит от 3 апреля 1948 года, даты, когда местные левые начали плохо вооруженное восстание против полиции и правых парамилитарных групп. Но корни трагедии находятся глубже повстанческих восстаний и позволяют лучше раскрыть трагедию национального раскола. 15 августа 1945 года Япония сдалась войскам союзников. Американские и советские руководители согласились временно разделить полуостров на зоны военной оккупации. Несмотря на это, советские войска смогли добраться до северной столицы Пхеньян только 24 апреля, а американские силы вошли в Сеул 8 сентября. Капитуляция Японии оставила вакуум власти на полуострове. Корейские независимые активисты создавали местные советы под названием «Народные комитеты» с целью поддержания порядка и подготовки к формированию независимого правительства. Идеологическая составляющая этих советов варьировалась, но по большей части их члены и цели соответствовали политике демократического социализма. Земельная реформа, наказание за коллаборационизм, массовое образование, а также единое национальное государство были основными задачами.

Мы не знаем, что могло бы произойти с этими ранними попытками создать автономное правительство, поскольку имперские силы Холодной войны имели другие планы. В северной части страны Народные комитеты были поглощены авторитарной социалистической бюрократией и Советский Союз заместил их руководство своими ставленниками. На юге Американское военное правительство в Корее возглавляемое Джоном Р. Ходжем основало альянс с землевладельцами, бывшими коллаборационистами, полицией и правыми политиками, чтобы избавиться от Народных комитетов. Это был путь к гражданской войне.

2_jeju-

Чеджудо находился под властью американского оккупационного правительства. Но его периферийный статус, — как географически, так и экономически, — привел к тому, что остров по большей части игнорировался иностранными руководителями в первые годы оккупации. В результате Чеджудо располагал большим временем для зарождения независимого правительства в виде местного Народного комитета. Комитет острова проводил сдержанную политику с целью проведения земельной реформы, поддержания порядка и недопущения бывших коллаборационистов к власти, что принесло ему большую поддержку населения. Благодаря этому независимые левые имели устойчивое положение, пока правые терпели поражение в своих попытках заполучить влияние и поддержку. Тем не менее, судьбы обоих групп начали изменяться осенью 1946, когда Чеджудо стал отдельной провинцией Южной Кореи, что привело к увеличению количества правых в администрациях, полиции на острове, а также насильственному роспуску Народного комитета. Восстание осенью 1946 на материковой части стало подарком для правых по всей стране, включая Чеджудо. В восстании обвинили коммунистов, что усилило антилевую позицию американских руководителей и заставило левых уйти в оборону.

Напряжение впервые достигло пиковой точки 1 марта 1947 в центре города Чеджу, когда 20 000 островитян начали демонстрации против повышения налогов, полицейского насилия, дефицита риса и ликвидации Народного комитета. Полиция открыла огонь по протестующим, убив шестерых и ранив восемь человек. Впоследствии радикальные силы, как правого, так и левого флангов пытались использовать растущее недовольство. Благодаря подкреплению с полуострова и поддержке США, правые перехватили инициативу, используя кризис для укрепления репрессивных и административных структур государства на острове. К началу мая 1948 ультраправые имели своего губернатора, находились на главных должностях в полиции и жандармерии, при этом пользуясь благословением американских чиновников.

Этот процесс шел параллельно с кампанией по дегуманизации жителей острова. Политическая беспринципность, паранойя Холодной войны и нетерпимость сформировали токсичную атмосферу, в которой все население изображалось как «красные» девианты, а от высших эшелонов власти начали исходить зловещие угрозы массового уничтожения. Чо Бён Ок, глава национальной полиции, заявил, что Чеджудо полон людей с «бунтарскими идеями» и предупредил бастующих работников, что он уничтожит население острова, «если они будут стоять на пути построения корейской нации». Чтобы не отставать от соперников, заместитель главы полиции Чхве Кван Джин сказал, что Чеджудо был «островом полным красных», с 90% населения «симпатизирующего левой идеологии». Другой высокопоставленный чиновник заявил, что «нормально пожертвовать 300 000 населения Чеджудо» ради сохранения порядка. Тем временем ультраправые парамилитарные группы молодежи, состоявшие из озлобленных мигрантов из Северной Кореи, начали заполнять остров, разоряя села и пытая подозреваемых в левых взглядах. Хотя эти группы ненавидели на острове, полиция игнорировала их действия и позже начала интегрировать их в свои структуры.

Восстание и последующее кровопролитие

Уже весной 1948 левые политические силы на Чеджудо сильно пострадали, или даже были подорваны. Большинство старших предводителей было арестовано, убито или находилось в подполье. Тем временем, тысячи жителей острова пребывали в переполненных тюрьмах, где их жестоко избивали, пытали электропроводами или подвергали иным бесчисленным унижениям. Решение США/Республики Корея провести отдельные выборы в южной части полуострова угрожали дальнейшим укреплением такого положения. Находясь в безвыходной ситуации, 3 апреля 1948, 350 партизан из островного отделения Трудовой партии Южной Кореи начали координированные атаки против отделений полиции и правой молодежи во время ночных вылазок. Историки спорят о логике восстания, но самые убедительные доказательства показывают, что это был злополучный защитный маневр, с целью усилить позицию ТПЮК в переговорах. Несмотря на количественный перевес противника, партизаны имели успех на протяжении весны и лета, что сделало возможным предотвращение выборов. Идеологические пристрастия и политические симпатии большего числа населения острова остаются открытым вопросом. Несмотря на это, очевидно, что ненависть к силам безопасности в паре с искренней поддержкой элементов левой программы позволило партизанам преуспеть в эти начальные месяцы.

15 августа 1948 возникла Республика Корея. Ее президент, Ли Сын Ман, рассматривал восстание на Чеджудо как проверку режима на надежность в роли антикоммунистического оплота в американской сфере влияния. 11 октября южнокорейское правительство, которому только исполнилось три месяца, предложило усиленную программу подавления. Шестью днями позже морские войска заблокировали побережье Чеджудо, изолировав остров. Глава полиции Чеджудо, Сон Ё Чхан, заявил, что каждый, кто отдалится от побережья на больше чем пять километров будет расстрелян. Таким образом была создана зона стрельбы без предупреждения на большей территории острова. Правым с полуострова обещали землю и работу в качестве награды за убийства левых и гарантировали им право внесудебных казней. Так были посеяны семена жестокой гражданской бойни.

Хотя название Инцидента 4.3 происходит от даты весеннего левого восстания, его смысл и окончательное значение проявились лишь во время зимнего кровопролития. В это время десятки тысяч были убиты – большинство государственными службами. Говоря военными терминами, это было окончательное поражение. Общие силы плохо вооруженных партизан никогда не превышали количество в 500 человек. Фотографические свидетельства обычно показывают «партизан» как босоногих крестьян, вооруженных бамбуковыми копьями. Маловероятно, что статистика отдает должное лживости вооруженных групп, поддерживаемых американцами, или страданиям, причиненным местному населению. Группы молодых правых мародёров скитались от села к селу, терроризируя фермеров и в основном безоружное население. Ключевые цели, молодых мужчин, подозреваемых в левых взглядах, регулярно выволакивали из домов, подвергали пыткам и убивали. Женщин насиловали, старых родителей «повстанцев» убивали, а детей предполагаемых «левых» калечили. Большую часть лесов на острове сожгли, скот забили, а еду конфисковали. Трупы скидывали в большие кучи и сжигали, а семьям запрещали хоронить и оплакивать своих близких. Слово «массовые» одновременно обязательно и обманчиво, поскольку паттерн массовых убийств в селах указывает на политический геноцид, осуществленный на основании классовых и идеологических характеристик. Обычно, силы подавления восстания разделяли сообщества на землевладельцев, семьи полицейских и правых с одной стороны, и крестьян и левых с другой, при этом массово уничтожая вторых и заставляя первых распознавать «красных».

Несмотря на кровопролитие, с позиции власти и политического порядка операция выглядела очень удачной. К апрелю 1949 года восстание было признано эффективно подавленным, с более чем 2 000 захваченных «партизан» и 5 409 сдавшихся в ходе программы амнистии. Хотя вероятно, что большинство этих людей были безоружными крестьянами, искавшими защиты от продолжавшихся атак. Правая власть на острове была тем временем закреплена в новом политическом порядке. Члены молодежных группировок получили ключевые посты в правительстве и экономике Чеджудо, а также фактически имели монополию на новостные издания. Их погибшие идеологические собратья почитались как патриотичные мученики, павшие в борьбе с коммунизмом, а инициатор карантина на острове Сон Ё Чхан возглавил военную полицию страны. Американцы также получили выгоду от этой победы, когда весной 1949 года на острове удалось спокойно провести выборы. В этом случае беспощадное насилие, — обязательное для строительства разраставшейся либеральной империи, — было делегировано марионеточному режиму и облагорожено спектаклем свободных выборов. Посол США Джон Муччио похвалил подразделения по борьбе с повстанцами за ослабление очевидных «советских попыток посеять смятение и ужас в Южной Корее». Эверетт Драмрайт, консульский представитель американской миссии отметил «удовлетворительный прогресс», который удалось достичь в кампании подавления и без иронии приписал успех «доброй воле и сотрудничеству» между жителями острова и силами безопасности.

И все же кровопролитие на Чеджудо было всего лишь прелюдией к гораздо более масштабному уничтожению настоящих и воображаемых левых по всей материковой части Южной Кореи, поскольку весь полуостров оказался вовлеченным в гражданскую войну, структурированную и усиленную опосредованной войной держав-противников времен Холодной войны. В разгар гражданской войны (1948-1953), как минимум 100 000 невооруженных «левых» были убиты южнокорейскими правительственными силами. В мировой истории Корейская война часто представляется как патовая ситуация. Но этот вердикт одновременно ограниченный и вводящий в заблуждение. В 1945 году демократические социалисты были наиболее организованной и, возможно, самой популярной силой на всем полуострове. Но к 1953 году движение было почти уничтожено в обеих частях страны — поглощено и деформировано на севере, разгромлено на юге. Вместе с тысячами жизней, потерянных в этой кампании политического геноцида, определенная идея корейской государственности была подавлена цинизмом и соображениями целесообразности Холодной войны. Принуждение, возможно, ключевой определяющий фактор власти на протяжении всей истории, узаконило страшную судьбу населения острова и его подававшего надежды эксперимента с социализмом и самоуправлением. Это горький урок, который стоит помнить, поскольку корейцы переживают странное время в современной истории полуострова, наполняющее нас таким большим страхом и надеждой.

Перевела Катерина Данилова

Оригинал: Verso 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

1 + 2 =