Русский «маркиз де Сад»

1514543356_HandmaidsTale

Айна Курманова

В ходе одного спора о правах, я прочитала о том, что всякие лбгтшники, либерасты и левачки ведут к падению устоев и легализации педофилии. Как будто это вещи одного порядка — «вначале ты говоришь, что баба тоже человек, потом не одобряешь чмырения гомосеков, дальше трахаешь детей, а отсюда уже недалече до хаоса, анархии и рубки людей топорами». Вот к чему ведет замена прав какими-то мифическими «устоями» и отношение к человекам, как к своим вещам или собакам, которых надо держать на цепи. Только ведут к этому совсем не левачки.

29597352_2128345344051470_1017043970679273173_n

Характерный пример – человека на фотографии зовут Константин Сергеевич Мережковский. Родной брат известного писателя, талантливый ученый (это без малейшей иронии), один из основоположников теории симбиогенеза, биолог, дарвинист (в том числе и с приставкой «социал»), евгенист, националист, личинка фашиста, ярый черносотенец. В общем, поистине титаническая личность и столп тогдашнего общества, о которых говорят «Вы думаете, что Черная сотня – это такие небритые люмпены с топорами? Нет, там была интеллигенция, профессора!». Да уж…

Попробовал себя Константин Сергеевич и на литературном поприще, написав роман-утопию «Рай земной», где описал желаемое устройство социума. По его мысли идеальное общество будущего разделено на три касты. Сверху иерархической пирамиды – аристократическая элита с расширенным научным скиллом, которая свела человечество к минимуму и отказалась от прогресса. Основная масса людей поделена на разные группы по группе крови и другим техническим характеристикам. Это специально выведенная порода вечных детей (телом и душой), которые ходят голенькими, постоянно играются и живут лет по тридцать, после чего их заботливо умерщвляют. Для обслуживания этого общества всеобщего благоденствия существуют рабы, низведенные путем той же евгеники почти до животного состояния. Не надо спрашивать «Эм, дяденька, а это точно утопия?». Если продраться через чудовищный стиль (с биологией у автора все-таки гораздо лучше сложилось, чем с писательством), то в этом чтиве про обнаженных нимфеток без всякого психиатра можно угадать не только вид морального уродства, свойственного Константину Сергеевичу, но и его политические взгляды. Это же рай реакционера – народ, как источник гедонистических удовольствий или тупое быдло, а в целом – объект истории и неразумное дите, за которое надо постоянно решать, что ему делать, всячески опекая и контролируя вплоть до частной жизни и интимной сферы. Разумеется, это не обязательная связка, просто в случае с Мережковским сексуальные извращения органично сочетались с политическими извращениями. И пес бы с ним, если бы он только сублимировал и выражал свои больные фантазии на бумаге. Но, как принято у цельных личностей, его слово не расходилось с делом.

Оказавшись при университете в Казани, он организует сразу три ультраправые организации, но поскольку ничего кроме бешеной активности и идей у профессора Мережковского не было, он едет в Петербург, где с легкостью выбивает деньги на их финансирование. Параллельно занимается вооружением своих черносотенных отрядов, работает на охранку, пишет зажигательные статьи, требуя не пущать в университеты евреев и социалистов, всюду ищет жидомасонские заговоры, планирует создание в пику им широкой ультраправой масонерии, и вдохновенно с высунутым от усердия языком пишет доносы на своих коллег и прочих, обвиняя их, то в пособничестве революционерам, то в еврействе. Епископ Афанасий, которого параноик Мережковский вывел в доносе чуть ли не латентным большевиком отозвался об этом так: «Этот человек был способен на какое угодно преступление, лишь бы отомстить не угодившим ему в политическом отношении. На всех профессоров вечно сыпались доносы… Мне досконально известно, что профессор Мережковский имел огромное влияние в Министерстве народного просвещения, и многие профессора не утверждались благодаря его аттестациям-доносам: в одних он видел революционеров, в других – защитников евреев, в третьих – своих личных врагов и т.д…. Человек он был очень злой и ко всем относился с подозрением. В своих письмах к различным лицам он жаловался на неверность своих друзей. Все ожидали, что Мережковский, в конце концов, должен кончить плохо». Да, епископ как в воду глядел, ибо в 1914 разразилась буря.

Волшебная феерия

«НА УГОЛОВНОЙ ГРАНИ»

Часть первая: «КАЛЕРИЯ, СИРОТКА ИЗ КАЗАНИ».

Вторая часть:

«НЕВИННАЯ,

иль

ЖЕРТВА ГНУСНОЙ СТРАСТИ».

Часть третья (очень длинная):

«ДИТЯ В ЗВЕРИНОЙ ПАСТИ»

В четвертой части:

«ГАДИНА

В МЕЧТАХ О ДЕТСКОМ ТЕЛЕ».

И в пятой:

«ЧЕСТЬ УКРАДЕНА,

или

СКАНДАЛ В ОТЕЛЕ».

Шестая часть (является впервые на подмостки):

«ПРОФЕССОР ЗАБАВЛЯЕТСЯ,

иль

БЕДНЫЕ ПОДРОСТКИ».

Седьмая часть (скандальная):

«В БЕДУ ПОПАЛ С ДЕВИЦЕЙ».

И часть пока финальная:

«ПРОФЕССОР ЗА ГРАНИЦЕЙ»

Этот стилизованный под сценарий стишок под заголовком «Кинематограф в жизни» 8 апреля 1914 года появился на страницах «Московской газеты», когда уже вовсю бушевал скандал. Дело действительно было похоже на какой-то триллер в стиле «Молчания ягнят», только с элементами достоевщины и сексуальной подоплекой, ибо, как оказалось, еще в 1905 году профессор купил девочку Калерию у бедной жительницы Петербурга и увез ее в Казань. Ну как «купил»? Покупать людей-то к этому времени было уже запрещено – «на воспитание» он ее взял, чтобы дать образование и профессиональные навыки. Писал матери развернутые письма о жизни ребенка, в первые годы даже присылал фотографии. В 1914 году матери пришло другое письмо — уже от экономки Мережковского, где она писала, что девочка едва грамотная, ее истязают и держат в сексуальном рабстве. Мать поехала в Казань и подняла скандал. Начальник Казанского сыскного отделения Н.И. Савинский по своей инициативе начал расследование и открылись бездны – оказалось, что персонаж еще и заведовал клубом педофилов, состоящим из элиты казанского общества, снимал детское порно и причастен, как минимум, к двадцати случаям насилия над детьми в возрасте от 3 до 14 лет. В СМИ историю оторвали с руками. Левая пресса, естественно, клеймила и песочила Мережковского, как заведенная. Надо отдать должное, но такого мерзавца отказалась поддержать даже правая пресса. Что сделали власти? Поскольку следствие выходило на кабинеты и дворцы, а из российского истеблишмента, как с Дону, выдачи нет, они предпочли отморозиться и отъехать в популярном стиле «да, мы уху ели» — «вывсеврете», «да-они-просто-пиарятся», «русские /элиты/ своих не бросают». Очень быстро стало понятно, что никакого суда не будет, но так как держать подобного персонажа в стенах университета сложно, было найдено решение – как-то внезапно разглядели, что роман «Рай земной» какой-то крамольный и аморальный все-таки. Нет, смутило не то, что это чистый агитпроп геноцидов целых наций и групп, не педофильская составляющая, а атеизм автора (на самом-то деле, атеизм Мережковского сильно преувеличен, по тексту как раз чувствуется, что он в таких богов верил, что Лавкрафт бы курнул — он всего лишь не православный христианин). Открытый атеист-профессор – это же не хорошо и не державно, поэтому он был всего лишь отстранен от учебного процесса, но остался в штате и уехал в Лозанну, продолжая получать деньги, исправно выплачиваемые Российской Империей. Уже позже выяснится, что из уголовного дела как-то волшебным образом испарились все вещдоки и Константин Сергеевич уже считай, что выкрутился и мог бы, наверное, позже даже вернуться, отстаивая невиновность за отсутствием улик, когда скандал слегка забудется. Но увы-увы, случилось то, чего он всю жизнь боялся – в 1917 грянула революция, на поверхность вынырнуло то самое презренное быдло и «хамы», о которых писал его брат. Так как советское правительство себя как-то не видело в роли спонсора швейцарских каникул стукача и педофила-садиста, источник финансирования был наглухо перекрыт. В 1921 году, наш доведенный до отчаяния крайней нищетой уберменш покончил жизнь самоубийством, отравившись ядовитым газом.

А мораль, милые люди тут в том, что «относись к ближнему, как к самому себе», а не то, что вы там в ультраконсервативном реакционном угаре себе напридумывали.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

8 + 9 =