Нужно выбрать сторону

35695137284_0df2a1d179_h1-e1502655573215

Шуджа Хайдер

Перевел Дмитрий Райдер

«Все стороны» не пропагандируют расизм и ненависть. Это делает одна сторона. И мы должны остановить их. 

Вчера в Шарлоттсвилле, штат Вирджиния, на митинг Unite The Right съехались сторонники превосходства белой расы со всей страны, чтобы показать, как их много и как сильно они могут шуметь. Разодетые в камуфляж и рубашки поло, они поначалу нелепо кривлялись, жгли антимоскитные свечи и нестройно выкрикивали лозунги. Эта акция встретила решительное противодействие в лице местных отделений организаций Black Lives Matter, Демократических социалистов Америки, Индустриальных рабочих мира и других групп. Но затем ситуация на митинге резко изменилась. Молодой белый националист по имени Джеймс Алекс Филдс-младший (James Alex Fields, Jr.) врезался на своем серебристом Dodge Challenger в толпу контр-протестующих, ранив многих людей и, убив, по крайней мере, одного человека.

Вскоре после этого президент Трамп выступил с заявлением на своем собственном поле для гольфа в Нью-Джерси. «Мы самым решительным образом осуждаем это вопиющее проявление ненависти, фанатизма и насилия со всех сторон», — сказал он, добавив еще раз «со всех сторон».

Выражение «все стороны» привлекло пристальное внимание многих наблюдателей. Странная уравнивающая геометрия для конфронтации между расистами и антирасистами, в которых действия расиста привели к смерти и увечьям антирасистов. Умолчание президента Трампа выдает реакционную предвзятость, что неудивительно. Но его риторика не уникальна — основные средства массовой информации и либеральная интеллигенция уже создали прецедент.

fields

Ультраправые на митинге, в центре стоит Джеймс Алекс Филдс, который был за рулем машины, въехавшей в толпу

Утром перед митингом Мике Эоян (Mieke Eoyang), вице-президент программы Национальной безопасности в центристском мозговом центре Third Way, написала в твиттере: “Если Берни Броз хотят продемонстрировать силу прогрессивных ценностей, то суббота в Шарлоттсвилле подходящий день для этого”.

Нира Тандин (Neera Tanden), президент либерального аналитического центра Center for American Progress , в тот же день свысока обратилась к левым. «У нас есть настоящие фашисты, марширующие с факелами. Может быть, все, кто находится на прогрессивной стороне, могли бы сосредоточиться на врагах прогресса перед нами», — написала она в твиттере. «Мы готовы принять тебя в свои ряды, Нира», — ответил один молодой активист. В ответ Танден попросила его осудить «тех из альт-левых, кто хочет присоединиться к фашистам».

Вечером Шерил Гей Столберг (Sheryl Gay Stolberg), журналистка газеты New York Times, которая вела репортаж из Шарлоттсвилля, написала в твиттере: “Ультралевые кажутся столь же полными ненависти, как альт-правые”.

Это неодобрительное бурчание центристов стало слышно в начале этого года, в статье Джеймса Уолкотта (James Wolcott) для Vanity Fair, в которой он обличал так называемых «альт-левых». Уолкотт также подверг осуждению многие стороны. Он охарактеризовал усиливающихся радикальных и социалистических левых, ранее презрительно называемых более легкомысленным эпитетом «Берни Бро», как нечто более зловещее. Существует «родство», утверждает он, между крайне левыми и белыми расистами. Их объединяет «разочарование в президентстве Обамы, отвращение к Хиллари Клинтон, отвращение к “политике идентичности” и стремление к окончательной расплате, которая очистит место для смелого завтрашнего дня”.

Затем эстафету подхватили центристские либералы. Всего за неделю до митинга Unite the Right в The Atlantic была опубликована статья Питера Бейнарта (Peter Beinart), осуждающая «Подъем насильственных левых». Бейнарт сосредоточился на «антифа», то есть тактических группировках левых активистов, занятых защитой себя и своих товарищей от фашистского насилия. «Люди, препятствующие республиканцам безопасно собираться на улицах Портленда, могут считать себя ярыми противниками авторитаризма, выросшего среди американских правых, — писал Бейнарт. — Но правда в том, что они его самые незаменимые союзники».

За день до митинга Wall Street Journal опубликовал отрывок из готовящейся к публикации книги Марка Лиллы (Mark Lilla) «The Once and Future Liberal», в которой утверждается, что левый антирасизм создает «центробежную» силу, заставляя движение раскручиваться и распадаться на фракции. Даже если мы согласимся на его запутанную метафору, основанную на концепции, которая не существует в современной физике, она приводит его к опасным выводам.

“Black Lives Matter — это пример из учебника о том, как не строить солидарность, — пишет Лилла. — Я не черный водитель и никогда не узнаю, каково это — быть им. Чтобы на меня повлиял его опыт, мне нужен какой-то способ идентифицироваться с ним, и гражданство — это единственное, что я знаю, что нас объединяет».

Это не просто провал воображения, хотя, безусловно, это он и есть. Это также моральный провал и стратегический провал. Он не имеет значимого отличия от политики Дональда Трампа, который после насилия в Шарлоттсвиле написал в твиттере: «Мы должны помнить эту истину: независимо от цвета нашей кожи, вероисповедания, религии или политической партии, мы ВСЕ ПРЕЖДЕ ВСЕГО АМЕРИКАНЦЫ».

Первым человеком, погибшим в Шарлотствилле, о смерти которого сообщили СМИ была Хезер Хайер (Heather Heyer), тридцатидвухлетняя помощница адвоката, которая, судя по ее странице в Facebook, была сторонницей Берни Сандерса. «Если вы не возмущены, вы не обращаете внимания”, — говорится в ее последнем публичном посте. Дешевое высмеивание “Берни Броз” или сравнение левых с альт-правыми становится все более оскорбительным в свете ее храбрости и последующей трагедии. Смотреть на подобные обстоятельства и считать, что «все стороны» неотличимы друг от друга, это позиция, которая, как показывает история, никогда не была ничем кроме моральной трусости.

heatherheyer1308a

Погибшая Хезер Хайер

Эта позиция является темой романа Грэма Грина «Тихий американец», в котором история рассказывается от лица Томаса Фоулера, журналиста в колониальном Вьетнаме 1950-х, который стремится оставаться объективным в любой ситуации. Он дружит с тайным агентом ЦРУ Олденом Пайлом, выступающим за некую центристскую политику, которую он называет «третьей силой» — противостоящую как коммунизму, так и колониализму, рассматривая их как равные угрозы. Когда Фаулер узнает, что Пайл был вовлечен в террористический акт в Сайгоне, взорвав автомобильную бомбу и убив ни в чем не повинных гражданских лиц, он обращается к члену Коммунистической партии, которого он знает как мистер Хен.

«Рано или поздно … человеку приходиться встать на чью-нибудь сторону. Если он хочет остаться человеком», — говорит ему Хен.

Либеральный центр должен прислушаться к этому предупреждению. Чтобы отвергнуть двусмысленность Трампа о «многих сторонах», мы должны стать на одну из них. Есть сторона, которая отстаивает нашу общую человечность и борется с фашизмом, расизмом и ненавистью. Она была представлена в Шарлоттсвилле левыми группами, которые вышли на улицы, чтобы противостоять крайне правым. Другая сторона — это та, которая отняла невинные жизни на тех же улицах. Ставки высоки. Мы должны выбирать.

Источник: Jacobin 

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

1 + 8 =