На самом деле никто не знает, что такое европейские ценности

19807689_1408007115944287_786195859_o

Андрей Репа

На самом деле никто не знает, что такое европейские ценности. Пару дней назад во время торжественного открытия вокзала Эмманюэль Макрона глубокомысленно изрек: «Вокзал — это место, где пересекаются как успешные люди, так и полные нули». Речь шла, наверное, об общем пространстве открытости и равенства. Но если президент ведущей европейской державы позволяет себе публично называть некоторых граждан «полными нулями», то этот ляпсус красноречиво свидетельствует о классовом бессознательном европейских политиков.

На днях другая «ведущая демократия» Европы — Германия — после долгих лет колебаний таки узаконила гомосексуальные браки. Ангела Меркель, ревностная противница таких браков в принципе, сжав зубы, позволила своим однопартийцам голосовать как им угодно (то есть отпустила вожжи для голосования), но сама раз проголосовала сердцем — «против». Этот тактический ход объясняют тем, что ее главный соперник Мартин Шульц побеждал канцлерку в электоральных опросах именно в этом вопросе. Это не мешало Меркель, когда она вступала на должность председателя ЕС, первой заговорить в 2007 году о «европейских ценностях» как о базовой идеологической субстанции Европейского Союза: «ЕС основан на ценностях, которые мы все разделяем — уважение прав человека, свобода, справедливость, демократия и власть закона — ценностях, которые постепенно развиваются в течение веков и во многом обязанных христианской традиции и Просвещению. Успех европейской интеграции будет всегда основываться на этих ценностях «.

Меркель постулирует верховенство ценностей прав человека и при этом голосует категорически против гомосексуальных браков — разве это не парадокс? Но христианство и Просвещение — это и есть воплощенное противоречие: во многих аспектах Просвещение возникло как антитеза и оппозиция христианским традиционным ценностям. Христианство преследовало, запрещало, уничтожало многих просветителей-атеистов. Последние представляли новую Европу, очищенную от консерватизма и мракобесия христианского средневековья.

Более того, категория ценностей как фундамент государственной идеологии — шаткая и надуманная, ведь, как утверждал еще Ницше, она обесценивает понятие ценностей. Это вообще экономический термин, который может менять «стоимость» в зависимости от конъюнктуры больше / меньше. Ценности можно вывешивать на боевые знамена и идти с ними завоевывать другие народы, доказывая им «превосходство» своих ценностей. Так же в следующем сезоне они могут потерять котировки и т.д. Это как сериал, который все смотрят, потому что сейчас его смотрят все остальные, но завтра, вероятно, запоздалый просмотр не будет иметь никакого смысла — большинство интересуется и «ценит» уже другой сериал. Майдан назвали революцией ценностей, и, очевидно, это сыграло с ним в определенной степени злую шутку.

Дело в том, что настоящие «ценности» не имеют ценности. В теологии, например, слава Богу, нет ценностей. Бог — это не ценность. Он не может быть обесценен другими богами. Ценности, семейные традиционные ценности — это уже от лукавого, мирская суета … Для марксистов так же нет ценностей; коммунизм — это не ценность, а практический и идейный горизонт освобождения человечества, наступления настоящей истории свободного субъекта. Революционеры выдвигали лозунги «свободы, равенства, братства» как радикальные политические принципы, которые должны были отменить старый порядок и привести к новому миру, новому человеку. Участники Парижской Коммуны не выходили на баррикады ради «европейских ценностей», как раз наоборот, они выходили, чтобы свергнуть государственную машину преступлений, эксплуатации и репрессий.

Сегодня говорить о ценностях стало — по крайней мере в демагогических политике элит — настолько модно не потому, что мы якобы живем в эпоху «кризиса идеологий» (как раз ценности чрезвычайно идеологические), а потому, что так удобнее усидеть на двух стульях: строить спекулятивный право-идеологической альянс между «традиционалистами» и «модернизаторами» (как их называют идеологи «ценностей»), или «консерваторами» и «либералами», в борьбе против революционных сил, которые пользуются критериям не ценностей, а принципов. Именно риторика «европейских ценностей» позволяет консервативной Меркель выглядеть прогрессивной европейкой, при этом голосуя против гомосексуальных браков. Что уж говорить о «суперевропейском» Петре Порошенко и Компании …

Источник

Перевел Дмитрий Райдер

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

6 + 4 =